VII

VII — это вампиры, которые охотятся на вампиров. За собой они оставляют останки своих жертв: Сородичей, убитых порой с почти творческим подходом, а вместе с останками — три латинские буквы, из которых состоит римская цифра «семь». Метку они оставляют на видном месте: на стене, листе бумаги или дисплее. И всё на этом. О них ходят лишь тихие слухи и пугающие предположения. Страх перед VII — общая черта всех пяти великих ковенантов.

Они кажутся безумными. Их нравственные принципы не допускают существования вампиров. Похоже, ими управляет нечто иное, и они не отвечают за свои действия. У них есть миссия. У них есть приказы. Они сдерживают некоего древнего врага. Они страшатся чего-то более жуткого, чем сами Сородичи.

Кажется, что существует некая связь между VII и Стриксами. Когда появляются Совы, охотники из VII где-то рядом. Но зачем? Служат ли они Совам или охотятся за ними? Является ли VII инструментом уничтожения вампиров — или они таким образом всего лишь ищут спасения от собственной зловещей немезиды? Не все случаи, когда видели Стриксов, предшествуют убийству, совершённому VII, но большая часть причинённых VII смертей имеет место после того, как видели Стрикса.

Они охотятся безмолвно. Каким-то образом их жертвы тоже попадают под воздействие тишины, будто это ловушка или зараза. Им будто не нужно общаться. Если они преследуют жертву более одной ночи, они не подают знаков и действуют достаточно эффективно, чтобы жертва ни о чём не догадывалась. Ещё больше пугает то, что для выполнения работы им может потребоваться лишь одна ночь — VII никого не предупреждают. Три буквы «VII», оставленные на видном месте возле останков жертвы, зачастую оказываются единственным указанием, что преступление совершено именно ими.

Почему вступают в ковенант: О происхождении VII ничего не известно — это загадка. Откуда они появились и как давно? Уходит ли их история во времена Рима, или они явление новое? Никто точно не скажет. Слухи о Семёрке периодически проходят через Какофонию, и любой из них может быть правдой. Даже несколько слухов могут быть верны — или ни один из них. Среди ходящих о VII теорий называют такие. Они не осознают, что творят: каждому вампиру из VII промыли мозги, и он охотится в пост-гипнотическом трансе, побуждаемый неясной целью, ведомый давно утраченным поводом; любой вампир может быть одним из них, сам того не осознавая. Их разум и души были сломлены и заново выстроены Богом-Машиной, и теперь, подобно заводным трупам-куклам, они уничтожают других вампиров или похищают их, чтобы те тоже стали бездумными уничтожителями; лишь Богу-Машине ведомо, почему в одном домене одновременно могут существовать только семеро и почему они оставляют свою метку. Ими руководит затерянный клан — князья города, уничтоженного во времена Ветхого Завета гневом господним, что обрушился на мертвых после некой устрашающей миссии по восстановлению давно утраченных городских добродетелей; то, что выглядит как римская семёрка, на самом деле символ из давно забытого алфавита, знак забытого клана. Есть вампиры, которым удалось вырваться из-под господства Стриксов (возможно, через некий ритуал, известный лишь вампирам из VII), и они теперь охотятся за Совами, их прислужниками и союзниками; поскольку Сородичи не знают, кого запятнали Стриксы, жертвы VII кажутся случайными, но их тщательно выбирают. Они принадлежат к таинственному культу (сокращённое название VII), члены которого практикуют мощную форму магии крови, и дают Сородичам простой выбор: присоединяйся или будь уничтожен; вступление влечёт ужасные последствия, возможно, членам даже приходится продавать свои души. Король людей, преданный Сородичами в Средние Века, породил семь кланов, которые сами стали Проклятыми, чтобы эффективнее преследовать и уничтожать Сородичей. Наконец, они вовсе не настоящие вампиры, а сверхъестественные доппельгангеры вампиров, теневые сущности, возможно создания или рабы Стриксов; они отзеркаливают Сородичей, и у каждого из них есть задача убить одного вампира, после чего сам убийца тоже перестаёт существовать — лишь семеро существуют одновременно.